Заместитель председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ Илья Кузьменков рассказал во второй части интервью ТАСС о взаимодействии Церкви, государства и бизнеса, о святом покровителе предпринимателей Иосифе Волоцком, а также о том, почему благотворительность не должна идти в ущерб сотрудникам и зачем будущим бизнесменам изучать религиозную этику.
— Илья Александрович, насколько я понимаю, Русская Православная Церковь планирует продвигать идею регулярного взаимодействия Церкви, государства и бизнеса. Еще недавно не было ни иконы святых покровителей предпринимателей, ни кодекса православного предпринимателя...
— Церковь давно и серьезно думает над этими вопросами. В 2009 году решением Святейшего Патриарха Кирилла был определен святой покровитель русского предпринимательства — преподобный Иосиф Волоцкий. Это основатель Иосифо-Волоцкого монастыря, живший во второй половине XV века.
Может показаться странным: монах, основатель монастыря — почему он покровитель предпринимательства? Преподобный Иосиф вел на базе монастыря огромную хозяйственную деятельность, причем очень результативно. Впервые в России его усердием была создана эффективная система социальной поддержки. Он не просто жертвовал милостыню нуждающимся, он хранил большие запасы зерна и раздавал их в тяжелые годы крестьянам для посевной. И также снабжал и скотом, и сельскохозяйственным инвентарем, и другими способами поддерживал, как бы сейчас сказали, устойчивость малого и среднего бизнеса. Более того, он старался не допустить спекуляций — в периоды кризиса стремился сдерживать рост цен на хлеб. В трудные годы до 700 человек ежедневно кормилось в монастыре. Это была значительная, хорошо организованная социально-экономическая система, созданная в XV веке.
Наш партнер, фонд «Дело во имя веры», ведет активную деятельность по популяризации святых Русской Православной Церкви, которые до революции были успешными предпринимателями. Впоследствии они были прославлены — как преподобные, а некоторые как мученики и исповедники. Так мы показываем, что предпринимательский труд не противоречит возможности быть не просто христианином, а стать на путь святой жизни.
Что касается кодекса — проект действительно представлялся на ПМЭФ в 2026 году, на сессии «Предпринимательство как служение». Точнее, его называют «Кодекс православного руководителя и предпринимателя». И это не первый документ такого рода. Во-первых, есть «Основы социальной концепции Русской Православной Церкви», принятые юбилейным Архиерейским Собором в августе 2000 года, — в них есть разделы о труде, собственности и нравственном измерении экономики.
Во-вторых, в 2004 году Всемирный русский народный собор принял «Свод нравственных принципов и правил в хозяйствовании» — рекомендательный документ для предпринимателей и всех участников экономических процессов. Проект обсуждаемого сегодня кодекса — это продолжение этой линии, попытка актуализации темы в контексте новых вызовов. Ведь сейчас появляются новые темы, требующие осмысления. Например, связанные с развитием искусственного интеллекта. Православная мысль не стоит на месте.
— Какие конкретные механизмы могли бы способствовать практическому возвращению религиозных ценностей в экономические отношения? Например, создание инвестиционных фондов, инвестирующих только в этичные сектора?
— В принципе, уважающие себя инвестиционные фонды, независимо от религиозных взглядов основателей, стараются не инвестировать в неэтичные сектора. Создавать отдельные «православные» фонды, которые будут выбирать только этичное... Мне кажется, в этом есть опасность. «Православный банк» — что это значит? Логотип с религиозной символикой? Банковская деятельность строго регулируется. В частности, банк должен быть предельно внимателен в своей кредитной политике. Если, например, он будет раздавать кредиты, не глядя на кредитную историю, потому что он «православный», он раздаст чужие деньги — деньги вкладчиков.
В первую очередь руководитель, предприниматель, предприятие должны быть эффективными. Если предприятие будет неэффективным, то у него не будет ресурсов ни для милосердного отношения к сотрудникам, ни для благотворительной помощи. Эффективное управление в соответствии с законом и нравственными границами — вот основа.
Предприятие должно выполнять все, что положено по закону во взаимоотношениях с акционерами, клиентами, сотрудниками, государством. Но это не исключает того, что есть ситуации, где человеческий фактор присутствует, то есть «законное и эффективное» оставляет много места для проявления христианской позиции руководителя: милосердие, доверие, сердечное расположение должны быть проявлены. Разумно, трезво, не переступая закон и интересы всех стейкхолдеров. Это тонкая настройка.
Что касается благотворительности. Это личный выбор каждого — распорядится своими благами. Но у верующего человека сердце просто не будет спокойно, если все его добро, достаток будут употреблены исключительно на себя. И я знаю людей, которые 90%, а иногда и 100% прибыли отдают на добрые дела, на социальные проекты. Конечно, есть и многие гротескные примеры из 90-х, когда предприниматели мерились яхтами. Это не запрещено, но с сегодняшней точки зрения выглядит инфантильно, подростково даже и вне религиозного взгляда на целеполагание и место в обществе.
Посмотрите на мировых лидеров экономики. Чем они меряются? Влиянием на общество, инвестициями в общественные проекты. Пусть мы спорим о том, что выходит из этих программ, но они демонстрируют свою крутость не яхтой, а участием в формировании будущего. Это признак здоровья общества, когда люди не хотят демонстрировать роскошь, а хотят занимать достойное место, участвуя в проектировании среды, в которой существует их бизнес.
Предприятие существует не в безвоздушном пространстве, а в общественном контексте. Чтобы завтра у твоих потомков бизнес был успешным, нужно создавать прочное общество, общество доверия и устойчивых социально-экономических отношений. В него надо инвестировать — и интеллектуально, и в разработку социально-экономических концепций, основанных на христианской вере. Это, возможно, главный залог того, что общество будет устойчиво развиваться.
— Существует исламский банкинг, соответствующий нормам ислама. Может ли существовать этический православный банкинг?
— Я приведу пример, чтобы показать отличие в подходах. Одна из главных тем евангельской истории — борьба Спасителя с фарисейством, с подменой существа веры и нравственного закона внешними проявлениями. Лет 25 назад были энтузиасты, которые хотели православную кухню закрепить в ЮНЕСКО как культурное достояние, как это раньше произошло с кашрутом и халялем. И Патриарх, как мне рассказывали, тогда не благословил это начинание. Почему? Потому что нет у нас еды как «закона». Пост — это средство. Евангельский закон — это не закон о том, что есть, а что не есть. Это закон любви к Богу и к человеку и вытекающие из этого нравственные правила.
То же самое с банком. Не может быть православного банка, где кредитные ставки и другие экономические категории и правила определяются религиозными правилами. В христианстве этого нет. Попытка заменить закон любви набором банковских процедур глубоко чужда Православию.
Придумывать банковские законы, используя квазирелигиозную риторику, — как это поможет спасению человека? Это ложный путь. У представителей каких-то религий есть свое нравственное чутье, требующее не участвовать в том, что прямо запрещено их учением. Однако подход, при котором люди вместо работы над состоянием своей души думают, как построить «православный банк», для нас ошибочен, как я считаю. Православный банк — это банк, в котором владелец, руководители и сотрудники следуют христианскому закону. Не потому, что HR-директор требует справку о причастии, а потому что это люди, для которых Закон Божий — внутренний закон. Вот такой банк можно будет назвать православным. Было бы здорово, если бы все такими были.
— Развивая тему православного предпринимателя: что благотворнее для бизнесмена — заниматься благотворительностью, но не участвовать в таинствах либо исповедоваться и причащаться, но не отдавать часть прибыли на милосердие?
— Вы предложили какую-то слишком жесткую альтернативу. И то, и то. Нравственный закон предполагает соблюдение всех заповедей, а не какой-то одной. Не ставится вопрос, что лучше: не убивать или не прелюбодействовать. Лучше ни того, ни другого. Конечно, для православного христианина не участвовать в таинствах, в первую очередь не причащаться Тела и Крови Христовых, недопустимо.
Что касается благотворительности. Здесь более широкий диапазон ситуаций. Может же вообще не быть возможности участвовать в благотворительности у предприятия, если оно само оказывается в сложной экономической ситуации. Иногда предприятие долгие годы находится в фазе, когда главная задача — выплатить налоги, отдать кредиты, заплатить зарплату и продолжать функционировать. Это гораздо важнее, чем в ущерб эффективности заниматься благотворительностью. Это не благотворительность, когда она осуществляется за счет тех, кто работает на предприятии: не выплатить премию сотрудникам, но осуществить акт благотворительности и почувствовать себя «щедрым», а при этом «мзду наемничу удержуеши». В этом нет благотворительности, это фарисейство и самообман.
Кроме того, с христианской точки зрения доброе дело, делаемое не ради Христа, не является спасительным. А у благотворительности могут быть разные мотивации: попытка откупиться от общества, тщеславие. Поэтому то, что называется благотворительностью, может быть не всегда нравственно безупречно. Хотя, как говорится, не только всякое доброе дело, но и даже намерение Господь принимает. Надо дерзать.
— Хотелось бы развить ваш тезис про инвестиции интеллектуальные. Возможно, стоит внедрять в программы MBA или корпоративные университеты курсы религиозной этики?
— Абсолютно согласен. Надо вводить. Без знаний и понимания нравственных законов, евангельской истории современный человек по большому счету недообразован, в каком-то смысле даже с точки зрения ведения дел. Нравственные законы носят объективный характер. И человек не будет понимать, что с ним происходит в какой-то момент, если он не знаком с этими законами.
Христианская миссия в бизнес-школах должна присутствовать по возможности. Даже знакомство с этим предметом как с учебным для будущих предпринимателей полезно. Предприниматели — люди с широким кругозором, видением и чувствованием жизни. Они сталкиваются с различными ситуациями за годы деятельности. Человек неизбежно проходит через обстоятельства, когда законы жизни (а это божественные законы) проявляются по-разному. Предприниматель может и не обрести сразу веру в полном смысле слова, не воцерковиться, но он как минимум становится цивилизованным человеком. И это ему поможет. А в момент критического выбора Господь вложит в сердце правильные мысли, и он спасет себя, свою компанию, коллектив, обретет нравственность и веру.
Поэтому важно, чтобы в экономическом образовании, там, где это возможно, было изучение Закона Божьего, хотя бы в адаптированном для предпринимательского восприятия варианте. Предпринимательское сословие — одно из наиболее мыслящих, разносторонних в обществе. Чтобы руководить предприятием, нужно быть и специалистом, и управленцем, чувствовать людей, видеть пространство и будущее. Предприниматели часто — личности-лидеры. Если такой человек соединяет лидерство с исповеданием веры и является проводником христианской миссии, это очень полезно и важно для всего общества.